«Еврейский Обозреватель»
ГЛАВНАЯ
21/208
Май 2010
5770 Cиван

Иосиф Элев: Я выжил   в  этой войне, потому что верил  в  победу

На главную страницу Распечатать

Иосиф Зусевич Элев – один из тех, кто  в  1941-ом уходил на верную гибель с ноябрьского парада на Красной площади, а 24 июня 1945 года на этой же площади праздновал Победу, маршируя  в  рядах освободителей планеты от фашистского ига.

7 декабря этого года ему должно исполнится 89лет.  В  таком возрасте люди, как правило, погружены  в  свои болезни, и за собственными проблемами уже не интересуются общественными, общечеловеческими. Иосиф Зусевич сохранил не только интерес к современности, но и ясный ум, отличную память, оптимизм. Уникальный человек, участник двух исторических парадов Красной Армии, он и сегодня живет полноценной, насколько позволяет здоровье, полезной для окружающих его людей жизнью.

Иосиф Зусевич говорит, что во многом обязан родному “Хэседу Нахалат Авот Азриэль”, который помогает и деньгами, и медициной, и вниманием к ветерану. И благодарит за свое долгожительство родителей, давших сыну отличное здоровье. Вот только ноги подводят, все труднее ходить. Но это сказываются многокилометровые горные пешие переходы на Северном Кавказе во время войны, когда о здоровье думать не приходилось.

Иосиф Элев родился  в  Умани  в  1921 году.  В  1940-ом его призвали  в  армию и направили  в  мотострелковый полк, который был расквартирован  в  Ташкенте.

– Хорошо помню тот жаркий выходной день, когда мы с товарищами, спрятавшись от знойного солнца  в  палатке, играли  в  шахматы, – вспоминает ветеран. – Было часов 11, когда из штаба прибежал наш солдат и закричал, что началась войны, на нас напали немцы. Сначала мы, конечно, не поверили.

– Кончай заливать! Как они могут на нас напасть, если только что заключили пакт о ненападении, – накинулись мы на нашего товарища. – Но как оказалось, он был прав. Часа  в  два нам было приказано выстроиться на плацу, где уже устанавливали громкоговорители. А  в  три часа дня мы услышали обращение Молотова к советскому народу.  В  Москве было 12 часов, и это было первое официальное обращение правительства к народу о нападении Германии на СССР.

Поначалу наше настроение было даже веселым, всем тогда казалось, что мы быстро и легко побьем немцев. Но очень скоро стало понятно, что легкой победы не будет. Больше того, через несколько месяцев войны у многих появились панические настроения. Я  в  то время уже был под Москвой, потому что через три дня после начала войны нас погрузили  в  эшелон и отправили из Ташкента  в  составе мотострелковой ордена Ленина краснознаменной дивизии им.Дзержинского. Расквартировали  в  Реутове,  в  18 километрах от Москвы. Как мы потом узнали, нас готовили  в  спецподразделение для ведения боевых действий  в  самой Москве на тот случай, если оборонительная линия не выдержит немецкого удара и придется держать оборону на улицах столицы. Сдавать город никто не собирался, но к середине октября фашисты подошли так близко, что могли рассматривать Москву  в  бинокли. Они начали забрасывать нас листовками,  в  которых говорилось, что руководство СССР уже бежало из Москвы. Ясно, что немцы хотели посеять панику, и говорят, паникеров  в  городе действительно хватало. Тем более, что правительство Москвы объявило об эвакуации города.

 В  общем, обстановка была нервная, напряженная. Поэтому мы сильно удивились, когда узнали о готовящемся параде. Уже потом поняли, что его смысл заключался  в  поддержании боевого духа,  в  доказательство того, что город не собирается сдаваться без боя.

– Каким был тот исторический парад 7 ноября 1941 года? Что Вам особенно запомнилось?

 В  конце октября начались проливные дожди, похолодало. А  в  начале ноября ударили первые морозы, вобщем, погодка была еще та. К параду нас специально никто не готовил, просто погрузили  в  грузовики и привезли  в  Москву. Это потом я узнал, что значит готовиться к параду на Красной площади по-настоящему, но до этого момента оставалось почти четыре года.

Парад 41-го был, конечно, не совсем обычным, скромным и скорым. Мы прошли по площади, на Мовзолее стояли члены правительства,  в  том числе и Сталин. Я тогда увидел его живым впервые, потом мне довелось видеть Сталина еще несколько раз.

Если честно, то никакого особого впечатления тот парад у меня не оставил. Мы снова сели  в  грузовики и вернулись на позиции. Только белые воротнички отпороли и спрятали.

– А какие военные годы были для Вас самыми трудными?

– Осень-зима 41-го и начало 42-го. Холода стояли лютые, под 40 градусов. Фашисты давили страшно, постоянно обстреливали нас, атаковали наши позиции.

– Вы лично убили много фашистов?

(Смеется.) – Да кто его знает? Когда ты  в  бою, то не считаешь, а чаще всего и вообще не знаешь,  в  кого попал, а  в  кого нет. Это особое состояние,  в  котором человек способен проявить такие качества, которых за собой никогда не знал. Меня иногда спрашивают: было ли мне страшно и страшно ли было убивать людей?! Конечно, было страшно, нет таких людей, кто не боится разрывов снарядов и смерти вокруг. А убивать врага не страшно, ведь если не убьешь ты, убьет он тебя. И ненависти к фашистам  в  нас было столько, что, как говорится, шла через край.

У снайперов была статистика, а у нас, у пехоты, нет. Я всю войну прошел с полуавтоматической винтовкой СВ-40. К ней полагался магазин на десять патронов и можно было стрелять одиночными, а можно выпустить все 10. Надежная была, не подводила, я старался ее не менять.

– Вам удалось пройти всю войну без ранений?

– Да, повезло. Была только довольно сильная контузия, пострадало ухо, – говорит Иосиф Зусевич и показывает на слуховой аппарат. А еще, от тяжелых переходов на Северном Кавказе, где довелось бороться с откровенно враждебными к советской власти чеченцами, на ногах у меня возникло варикозное расширение вен. Потом это стало причиной инвалидности II-й группы.

– Каким Вам вспоминается второй парад на Красной площади?

– Это был большой праздник. К нему мы готовились месяца полтора. Об уровне внимания к параду можете судить по тому факту, что нас во время тренировок на плацу инспектировал специально прибывший генерал-майор. Каждое утро мы выходили, строились шеренгами, а он занимал место на возвышении и смотрел. Если были замечания, кто-то отстал, у кого-то винтовка не на том уровне, шеренгу отправляли на новый проход. Ноги гудели.

Я был горд тем, что удостоился пройти по Красной площади  в  составе гарнизона защитников столицы, кто не дал врагу занять город  в  41-ом.

Первыми шли барабанщицы. Девушек отбирали по всем фронтам – самых стройных, высоких, красивых. Нас, кстати, тоже отбирали, чтобы и стать, и выправка, и широкий шаг. Кто нес и бросал на площади фашистские штандарты, должны были быть ростом не ниже 170 сантиметров и иметь чин не ниже сержанта. Я хорошо помню этот день и сегодня. Шел теплый дождик, а народ ликовал так, что создавалось особое праздничное настроение. Такое не забывается.

Жуков и Рокоссовский были на красивых – белой и вороной, лошадях, все было празднично и торжественно. Жаль только, что из-за нелетной погоды отменили воздушную часть парада.

– И снова Вы видели Сталина. Скажите, как Вы сегодня относитесь к этому человеку?

– Для меня он, наверное, так и останется тем Сталиным, образ которого  в  наши головы вложили тогда. Конечно, сегодня я знаю многое, понимаю, что он сделал немало ошибок. К примеру, Жуков настаивал начать освобождение Киева 12 ноября, а Сталин приказал ему освободить город к празднику революции. Из-за этого погибли тысячи солдат. Да разве только это? А лагеря, миллионы жертв. Но все равно, мне трудно думать о тех временах плохо.

– Догадываюсь, что Вы думаете о некоторых новых “героях” Украины.

– Правильно догадываетесь. Мы, ветераны, никогда не согласимся побрататься с теми, кто стрелял нам  в  спины.

– Часто встречаетесь с товарищами по войне?

– Раньше часто, теперь все реже, потому что трудно садиться  в  транспорт. Я член ветеранских организаций, и они мне стараются помочь, чем могут.

– Как сложилась Ваша послевоенная судьба?

– Демобилизовался  в  1946-ом. Через два года женился на своей Сарочке. Мы вместе прожили 60 лет без двух недель.  В  58-ом я закончил техникум, работал экономистом на заводе “Мегометр”. Сейчас живу с дочкой, есть внук и внучка.

– Эмигрировать никогда не думали?

 В  Штатах у меня родные сестра и брат.  В  свое время они очень хотели, чтобы я тоже уехал, звали. Но теперь уже об этом говорить не приходится, поздно.

– А  в  Израиле побывать не довелось?

– К сожалению. Про Израиль я всегда смотрю и читаю с интересом. Это наша страна, всех евреев, и жаль, что столько лет ей не дают покоя и мирной жизни.

– Иосиф Зусевич,  в  этом году весь мир отмечает 65-ю годовщину великой Победы,  в  которой есть частичка и Вашей жизни, Ваших усилий, страданий, Вашего подвига. Примите, пожалуйста, и наши наилучшие пожелания – здоровья, радости, счастья. Спасибо Вам за это интервью, спасибо, что Вы есть, здравствуете. Живите, пожалуйста, еще долго-долго, будьте с нами. Здоровья Вам. И с великим праздником Победы!

– Спасибо. Поздравляю всех с этим праздником. Нельзя его забывать. Ведь, если бы мы не победили, мир был бы совсем другим. И совершенно точно, – без нас, без евреев.

Вел интервью Александр Каневский
Вверх страницы

«Еврейский Обозреватель» - obozrevatel@jewukr.org
© 2001-2010 Еврейская Конфедерация Украины - www.jewukr.org
Преобразователи частоты LS Industrial System по низким ценам на http://eleksun.com.ua/