«Еврейский Обозреватель»
ИЗРАИЛЬ
12/151
Июнь 2007
5767 Тамуз

ГЕУЛА КОЭН ОБ ИЗРАИЛЕ, О ТЕДДИ КОЛЕКЕ, АРИЭЛЕ ШАРОНЕ, ЭХУДЕ ОЛЬМЕРТЕ И О МНОГОМ ДРУГОМ

ПЕТР ЛЮКИМСОН

На главную страницу Распечатать

Пару месяцев тому назад, выходя из канцелярии премьер-министра, я заметил стоявшую у стойки охраны пожилую женщину. Она все пыталась обратить на себя внимание симпатичных девушек-охранниц, а те упорно продолжали ее игнорировать. Наконец она решилась представиться: «Я — Геула Коэн...» «Ну и что?!» — равнодушно воззрилась на нее девушка в униформе.

И вот тут я вздрогнул. До какой же степени «манкуртизации» нужно было довести нашу молодежь, если имя Геулы Коэн не производит на нее никакого впечатления. Да, время, как ни банально это прозвучит, и в самом деле безжалостно, но даже сейчас в этой женщине можно легко различить черты той самой Геулы Коэн, которая смотрела на нас с фотографий израильских журналов, полулегально, а точнее — совершенно нелегально доставлявшихся в конце 70-х годов в СССР. Той самой Геулы Коэн, которая в 18 лет была редактором молодежного журнала организации ЛЕХИ, а в 20 — автором броских листовок и популярнейшей ведущей радиостанции этой боевой еврейской организации. Той самой Геулы Коэн, которая была схвачена англичанами, брошена ими в тюрьму, но смогла бежать из нее. Той самой, что была многолетним депутатом Кнессета от «Ликуда», а затем лидером партии «Тхия» и в этом качестве неистово боролась за право советских евреев на выезд, а также стала автором закона об израильском суверенитете над всей территорией Иерусалима. И все эти годы она сочетала политическую деятельность с активной работой в журналистике, была членом редколлегии и постоянным автором ряда ведущих израильских газет. Да и сегодня, в свои 80 с лишком лет, Геула Коэн является не только директором Дома творческого наследия Ури-Цви Гринберга, но и ведущим популярной радиопередачи. И уж что абсолютно точно — остается интереснейшим собеседником, имеющим свое, неординарное мнение по всем судьбоносным для страны вопросам. Впрочем, судите сами...

НЕМНОГО СОЛНЦА В ХОЛОДНОЙ ВОДЕ

— Госпожа Коэн, Что чувствуете вы в последние годы, отмечая День независимости Израиля?

— Хочу заметить, что под понятием «последние годы» следует подразумевать довольно длительный период. Все большая «материализация» общественного сознания, все более быстрые темпы «демократизации» (только не забудьте потом взять это слово в кавычки!) израильского общества, которое одновременно становится все менее еврейским и сионистским, началось не сегодня, не вчера и даже не два-три года назад — все эти процессы, увы, идут уже очень давно. Та атмосфера всеобщей коррупции, постоянных экономических и политических скандалов, в которой нам приходится жить в последнее время, является, на мой взгляд, лишь внешним проявлением глубокой духовной болезни нашего общества. Дело в том, что мы, евреи, не можем жить без мечты, без идеалов, без высокой цели — таков наш национальный характер. В тот момент, когда мы утрачиваем свои цели и идеалы, начинает рушиться все. Как говорили наши мудрецы, евреи — это народ, который либо поднимается выше звезд, либо падает ниже праха земного. Пришло время понять, что, как бы этого кому-то ни хотелось, мы никогда не сможем походить на Швейцарию. Потому что в Швейцарии для того, чтобы считаться добропорядочным гражданином, достаточно просто платить налоги. У нас для этого необходимо куда больше. Да, пожалуй, я позволю себе некоторую высокопарность: мы — народ, который не может жить без своего   Б-га . Мы либо идем к Синаю, чтобы принять там Тору, либо удаляемся от него. Бросая взгляд назад, я, конечно, с горечью констатирую, что в прошлом политики от обоих политических лагерей куда больше думали о судьбах страны и нации, куда больше были озабочены своими идеологическими битвами, чем заботой о сохранении своих кресел и тем, как бы сделать пару-тройку миллионов долларов «на стороне»...

— Нет ли у вас временами ощущения, что создание Израиля было ошибкой, что не стоило создавать ТАКОЕ государство?

— Безусловно, нет. Тот, кто видит историю Израиля последних десятилетий как историю непрерывного падения вниз, глубоко заблуждается. Наряду со спадами у нас есть и подъемы. И какие подъемы! Вспомните вторую ливанскую войну: на фоне катастрофических провалов правительства мы вдруг увидели, какое прекрасное поколение евреев выросло в последние годы. Признаюсь, я до этого думала, что верность сионистским идеалам, готовность к самопожертвованию во имя Израиля в наши дни сохранила лишь молодежь из числа религиозных сионистов. Но оказалась, что я ошибалась — подлинный патриотизм, героизм и мужество продемонстрировали и ребята из светских семей. И значит, все далеко не так плохо, как некоторым представляется или как некоторые хотят представить. Еще одно мое недавнее открытие, которое меня очень порадовало: так получилось, что я воочию увидела, как современная израильская молодежь интересуется национальной историей, своими корнями, как бережно относится к памяти о Катастрофе, как вдруг начинает интересоваться еврейским искусством на идиш... Так что в среде нашей молодежи идут сейчас весьма позитивные процессы, и те, кто предвещает Израилю гибель через несколько десятилетий, сильно ошибается. Израиль будет существовать вечно, хотя в его истории могут быть самые разные, в том числе и весьма мрачные периоды. Но ведь это нормально!..

ПРОЩЕНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ

— Как вы отнеслись к опубликованным недавно в СМИ документам, согласно которым бывший мэр Иерусалима Тедди Колек был британским агентом и именно он выдал местонахождение радиостанции ЛЕХИ англичанам? Будучи диктором этой радиостанции, вы ведь стали непосредственной жертвой господина Колека...

— Знаете, первое чувство, которое я испытала, прочтя материалы дела Тедди Колека, было большое облегчение... На протяжении более чем 60 лет я гадала, что же стало причиной нашего провала — сумели ли англичане засечь нашу радиостанцию с помощью аппаратуры или кто-то из самых близких мне людей выдал ее месторасположение. И когда я прочла, что радиостанция была разгромлена, а я была арестована по наводке Тедди Колека, я почувствовала колоссальное облегчение — значит, по меньшей мере, среди моих близких друзей не было предателя. Кстати, давайте воспринимать вещи в правильных пропорциях — Тедди Колек все-таки не был английским шпионом, и когда вы, журналисты, начинаете называть его так, вы оскорбляете его память. Он был работником «Сохнута», а о том, что Еврейское агентство сотрудничает с англичанами, было хорошо известно в 40-е годы. «Сохнут» направлял письма в ректорат Еврейского университета и на различные профессиональные курсы с требованием отчислить всех студентов, подозреваемых в сочувствии к организациям ЭЦЕЛ и ЛЕХИ. Хаим Вейцман требовал от британских властей ареста Менахема Бегина, Ицхака Шамира и еще 800 членов ЭЦЕЛ и ЛЕХИ — и затем этот человек стал президентом Израиля, представляющим весь еврейский народ!.. Да, предание гласности дела Тедди Колека, безусловно, разворошило старые раны. И сейчас я думаю о том, что внутренняя борьба между «Хаганой», с одной стороны, и ЭЦЕЛ и ЛЕХИ, с другой, — была, безусловно, легитимна. И даже те крайности, на которые шли израильские левые в этой внутренней борьбе против наших организаций, все еще можно оправдать. Но когда они начали нас сдавать англичанам, когда они пошли на сотрудничество с теми, кто мешал созданию Еврейского государства, израильские левые перешли некую запретную черту, и эти их действия не подлежат прощению. И все же повторю: все надо воспринимать в правильных пропорциях, не стоит опускаться до примитивного черно-белого мышления — ведь в итоге и «Хагана», и ЭЦЕЛ, и ЛЕХИ бок о бок сражались вместе во имя достижения общей цели.

— Вы были знакомы с Тедди Колеком лично?

— Безусловно, и у нас были довольно добрые отношения. Конечно, ходили слухи о том, что он сотрудничал с англичанами, но мы не знали, до какой степени простиралось это сотрудничество. Признаюсь, Тедди был мне симпатичен. Высокий, красивый, обаятельный, очень талантливый в самых разных областях. Он мне импонировал еще и тем, что, вне сомнения, любил эту землю и был предан делу возрождения нашего государства и нашего народа — разумеется, в том смысле, как он сам это дело понимал. Наконец, я уважала его за то, что он делал для развития Иерусалима. Наши отношения испортились после того, как я выдвинула закон, согласно которому Иерусалим должен быть объявлен единой и неделимой столицей Израиля. Это было как раз в то время, когда Бегин вел интенсивные переговоры с египтянами, и стало ясно, что Египет будет настаивать на том, чтобы в рамках окончательного урегулирования конфликта Восточный Иерусалим отошел к арабам. Чтобы предотвратить само возникновение мысли о возможности раздела Иерусалима, я и выдвинула свой законопроект, который в итоге был принят Кнессетом. Тедди Колек направил мне тогда письмо, в котором с сарказмом писал, что после того, как я провела свой закон в Кнессете, посольства 20 стран покинули Иерусалим, так что я могу гордиться тем, как много сделала для укрепления статуса этого города как еврейской столицы в глазах мировой общественности. Но страсти улеглись, а закон остался, и во многом благодаря ему сегодня в израильском обществе есть консенсус по поводу Иерусалима. Но следует помнить, что закон только тогда остается законом, если он работает. Мы постоянно должны подтверждать на деле, что считаем себя подлинными и вечными хозяевами Иерусалима...

Продолжение следует
«Новости недели»
Вверх страницы

«Еврейский Обозреватель» - obozrevatel@jewukr.org
© 2001-2007 Еврейская Конфедерация Украины - www.jewukr.org